Журнал поэзии
«Плавучий мост»
№ 3(19)-2018

Ирина Гумыркина

Стихотворения

Об авторе: Родилась в 1987 году в г.Зыряновск Восточно-Казахстанской области. Живёт в Алматы. Журналист, редактор. Окончила семинар поэзии Открытой литературной школы Алматы (2017-2018 г.). Лауреат международных литературных конкурсов «Верлибр» (2016 г.), «Кубок мира по русской поэзии-2017», «Хрустальный родник-2018». Финалист конкурса «45 калибр» сезонов 2017 и 2018 гг. и фестиваля «Русский Stil-2017» (Германия). Победитель VI-го международного литературного конкурса, посвященного памяти писателя К.Симонова (2016 г.), и литературного конкурса фестиваля искусств «Барабан Страдивари» в номинации «Поэзия» (Израиль, 2017 г.). Вошла с подборкой стихотворений в длинный список «Русской премии» 2016 г. Публиковалась в журналах «Плавучий мост», «Простор», «Этажи», «Звезда», в литературных альманахах «45-я параллель» и «Литературная Алма-Ата».

* * *
Мама, сходи ранним утром во храм,
Ибо дети твои больны.
Храм на горе, и трава по горам
Пахнет, как горечь вины,
Путает след, оставляет следы –
На коже твоей ожог.
Мама, подай нам холодной воды:
В горле – чёрствый комок
Из недосказанных слов, и болят
Зубы, немеет язык:
Видели, как становилась земля
Окаменелой вмиг.
Мама, прости нам тревожные дни,
Холод и страхи ночей.
Гаснут последние в небе огни:
Бог наш отныне –ничей.

Безымянное

Они заговорят – и мы услышим,
Как будет долго-долго литься дождь
И через прохудившуюся крышу
На головы нам капать.
Будет дрожь
Видна по телу и на занавесках –
Вот снова кто-то не закрыл окно.
А после всё затихнет, станет резко
Нам всё равно.

Накроем стол: красивые приборы,
Салфетки, скатерть, что белее дня.
И будут рассыпаться разговоры
О том, кто из огня да в полымя.
Они услышат и поймут, что вроде
Не лишние, свои, но без имён.
Потом мы скупо скажем о погоде:
Что не было дождливо с тех времён,
Как было нам по надцать лет и больше.
Покурим, помолчим –на этом всё.
И кто-нибудь кусочек хлеба скрошит
В открытое окно –пусть унесёт
Его по крохам птица и покормит
Птенцов своих озябших и ещё
Других –кто нас по имени всех помнит,
Пока вода над головой течёт.

* * *
Не растёт моё дерево хилое, не цветёт.
Ежедневно я говорю с ним, прошу: живи,
Подари мне ко дню рождения первый плод;
Пусть горчит он сильнее самой большой любви,
Но не горше, чем слёзы дочери об отце,
Что оставил в наследство тонкий больной побег.
Говорят, что случается чудо всегда в конце,
И его совершает истинно человек.
Так впивайся корнями в твёрдую плоть земли
И расти, моё дерево, всем и всему назло,
Стань упругим настолько, чтоб не могли сломить,
Зацветай по весне, народи долгожданный плод –
Будет он наливаться, станут краснеть бока,
Тяжелея, потянет ветви лениво вниз,
А когда, побелев, солнце скроется за облака,
Ты уронишь мне тихо под ноги эту жизнь.

* * *
1.
Ма, я ушёл к отцу. Ты не плачь, прости.
Он мне приснился с чёрной дырой в груди,
Хрипло просил воды, а потом –курить,
Таяла, словно дым, между нами нить.

2.
Чёрным и красным выкрашено вокруг.
Рот разеваю, а воздух горяч и сух.
Мне б надышаться до сипа и тошноты,
Снова почувствовать вкус дождевой воды.

3.
Солнце раздроблено, вывернут неба край.
Глаша, родная, только прошу –не тай,
Мы до деревни почти доползли –взгляни,
Как пожирают мрак впереди огни.

4.
Боже, спаси нас, это такая тьма,
Путь укажи нам, чтоб не сойти с ума.
Некого больше слушать, идти во след
Не за кем –люди в остывшей лежат золе.

5.
Больше не страшно –выгорел чёрный страх.
Милая Глаша, где ты теперь и как?
Сны твои снегом выбелит –и чиста.

6.
Там, где мы падали, –выросла лебеда.

* * *
И дал мне Бог молчащее дитя,
Родившееся в ночь на понедельник.
Когда не видно звёзд, к нему летят
С востока птицы – в ряд у колыбели
Садятся и внимают тишине.
Она поёт – ребёнок засыпает.
И что­то тяжелеет вновь во мне,
И это что­то к горлу подступает,
А привкус металлический во рту
Так неприятен, что кривятся губы.
Но преодолевая тошноту,
Произнесу отчетливо, по буквам
То слово, что начало всех начал,
Что в горле рыбной костью застревало,
Чтоб наконец младенец закричал,
Исчезли птицы, и меня не стало.

Метаморфоза

1.
Маленькая девочка с бантиком зелёным
В светлых, словно лучик, мягких волосах,
Где же твоё детство?
Растворилось звоном
Бубенцов да смеха в разноцветных снах,
Улетело ветром в сказочные страны,
Мне оставив только запахи дождя.
Маленькая девочка, отчего так ранит
Твой давно не детский и сверлящий взгляд?

2.
Когда по ночам мне снились большие собаки,
Которые зло и больно кусали руки,
Я просыпалась в холодном поту.
Я знала, что сны –это дурные знаки.
И вслушиваясь в ночные шорохи, звуки,
Ощущала привкус страха во рту.
А по утрам на своё отражение смотрела с опаской —
Никому неизвестно, откуда придёт беда.
И девочка с голубыми глазами, с бантиком красным,
Смотрела пристально и шептала мне «на-все-гда».

3.
А теперь я не вижу сны. Или попросту их не помню.
И девочка с жёлтым бантиком, глаза опустив, молчит.
Шепчу ей: «У меня никого не осталось, кроме
Тебя и твоих разноцветных бантов в ночи,
Ярких, как лампочки от гирлянды на новогодней ёлке.
Что же ты, милая? Поговори со мной».
И снова во рту этот привкус…
Боль между рёбер –колкая.
И хочется так –чтоб всё оказалось игрой.

4.
Маленькая девочка в платьице из ситца,
С бантиком зелёным в светлых волосах,
Где же твоё детство? Почему не снится?
Улетело птицей белой в небеса,
Мне оставив только тени, что от солнца
Исчезают мигом –не задержишь взгляд.
Маленькая девочка просто стала взрослой.
Отражение в зеркале –маленькая я.

* * *
Господи, отчего так дрожит листва
На надломленной ветке большого клёна?
Ветер выл, сон мой плыл, и плыла молва,
Как по чёрной речке лодка плывёт Харона:
Вот была жена, послушна, добра, верна,
Никогда без песен по воду не ходила,
А когда всплывала с глубокого дна луна —
Собирала слёзы и тесто на хлеб месила,
И молилась: «Господи, дай нам днесь
Избавление от нестерпимой хвори.
Вот сыночек был, да и вышел весь,
Как выходят в окна, а в коридоре
Остаются вздохи, шорохи и шаги.
Так и мне остался только сыновий запах.
Надышаться б, Господи, –сбереги».

Так плыла молва, как солнце плывёт на запад.
Говорят, что женщина эта ещё жива,
Но уже не ходит по воду –безголоса.

Как и ты, наш Отче –слышно тебя едва.
Потому живём с вопросами да без спроса.