Журнал поэзии
«Плавучий мост»
№4(42)-2025

Дмитрий Бобылев

Стихотворения

Об авторе: Дмитрий Викторович Бобылев родился в 1987 году в г. Серове. Окончил филологический факультет Нижнетагильской государственной социально-педагогической академии, степень магистра, диплом с отличием. С 2014 года живет в Санкт-Петербурге. Член Санкт-Петербургского союза литераторов. Публикации в журналах «Дружба народов», «Знамя», «Наш современник», «Нева», «Урал» и др. Автор книг стихов «Флажки на карте» (Екатеринбург, 2017) и «Улица Бобылева» (СПб, 2023); книги прозы «Ксякся» (СПб, 2023). Финалист Международного литературного Волошинского конкурса (2025).

* * *

Олисаве

Поезд отходит всегда впервые.
Так отрываются от Земли
Самые смелые и святые,
Первые звездные корабли.

Знаешь: толчок – и придут в движенье
Станция и тополиный ряд
И, пробиваясь сквозь отраженье,
Над полотном истончится взгляд.

И побредут к ночнику вокзала
Те, кто остались стареть и ждать.
Там начинается все сначала
С каждым уехавшим навсегда,

С каждым гудком и прощальным взмахом –
Даже и плачется не взатяг,
Глядя, как без суеты и страха
Как светлячки, корабли летят.

Пальмира

По снегу и соли до двери дошлепав,
Холодную дверь отворя в магазин,
Негаданно вижу руины Европы
На солнечной выставке фотокартин.

Фотограф приметил античные камни
И солнце над ними, и тени и от них.
Он знал, очутиться захочется там мне,
Забыв Петербурга сырые огни.

Но он просчитался: сегодня, нежданней
Картин посреди магазинной стены,
Над Питером солнце раскинуло длани
И кормит лучами пернатых земных.

И всякий расправил и перья, и взгляды,
И шапку поправил, любуясь мостом.
Спасибо, у нас тоже есть колоннады,
Назначить свиданье местечко найдём.

С небес хорошо наблюдать переулки –
Пальмирец, усопший столетья назад,
Вздохнет: «До чего хорошо в Петербурге!»

…Там только о нём говорят.

Улица Гражданская

Как жаль, что мне не нужно в этот дом –
Я стал бы там недюжинным поэтом,
И улица была бы мной воспета
Гражданская, но тихая притом.

Как жаль, что мне ступенек не топтать,
Зачеркнутым не быть щелястой рамой,
В высокой изрисованной парадной
Не думать, не курить, не целовать.

Как жаль, что мне не нужно в этот век
Когда еще не выветрилась краска,
И выше – дом, и серая замазка,
И пятнышко чернил на рукаве.

Как хорошо, что Ей не нужен я.
Как горько, что вчера был очень нужен!
Я ухожу, никем не обнаружен,
Убит из водосточного ружья.

Дом у храма

Жить возле храма, дружок,
Это не возле вокзала.
Вижу цветочный горшок,
Ласковый свет вполнакала.

Слышу: торопится мышь,
Листья сухие тревожа.
Многого – не разглядишь,
Поздний озябший прохожий.

Как тут разводят огонь –
Суетно или с молитвой?
Что опускают в ладонь,
Жесткую в будничных битвах?

С кем преломляют еду,
Под вопрошающим взором?
Вон я, в тени у забора,
Господи, мимо иду…

* * *

Кате

И приходит письмо. Отгибаю железную дверцу,
Избегая старухи – владелицы ржавых ключей.
Сквозь окошко лучи увязают в оранжевой шерсти
Золотого кота, созерцателя бренных вещей.

У деревни твоей облетают янтарные рощи,
Фиолетовый воздух поет комариная гнусь.
Разрываю конверт, различая дыханье на ощупь,
Сквозь дрожащие буквы в цветную страну заглянув.

Поезда – ничего, только связки нелепых жестянок,
Что обиженно тащит собака на драном хвосте.
На окошке листок теплый лучик на улицу тянет –
Златокрылая птица садится к тебе на постель.

* * *
Ноябрь будет чем-то вроде
Дорожек, хрустких на рассвете,
Трусцы трамваев беспородных,
Рабочих курток безбилетных.

К обеду слабо потеплеет,
Кот снова сможет пить из лужи.
Прозрачной серостью аллеи
Проходит женщина без мужа.

Но, навсегда давно решившись,
Не выключает телефона
Рука, сквозь синтепон пробившись
К холодным топям небосклона.

Какая поздняя погода!
Судьба испита и воспета.
Ноябрь будет чем-то вроде
Воспоминания об этом.

Рыбаки

Здесь не шуршат зеленые хвощи,
Касаясь шей упругих диплодочьих, –
Здесь из глубин таинственных лещи
Всплывают для охоты светлой ночью.

В корягах этих вороной налим
Живет уже сто лет, он знает сказки
О том, как здесь ходили корабли,
Таится от кикимориной ласки.

Здесь солнце летом очень горячо,
Тяжелый шмель в березе сладил скит.
А вечерами на тройной крючок
Цепляют звезды с неба рыбаки.