Татьяна Парсанова

Стихотворения

Об авторе: Родилась в хуторе Рябовском Волгоградской области в семье донского казака. Автор сборников стихов «В унисон с дождями» (2018 г.) «Мужское. Женское.» (2021 г.) «Хочется в наш хуторок» (2023 г.)
Публикации в журналах и альманахах: «День Поэзии XXI век», «Молодая гвардия», «Аврора», «Дон», «Дарьял», «Аргамак», «Невский альманах», «День и Ночь», «Сетевая словесность», «День литературы», «Артбухта», «Топос», «Великороссъ», «Камертон», «Зарубежные задворки» (Германия), «Новый Континент» (США), «Чайка» (США), «Фабрика литературы» (Украина), «Созвучие», «Новая Немига литературная» (Белоруссия), «Подлинник» (Молдова) и др.

* * *
Ветер в окно, словно черная птица,
Бьётся всю ночь напролёт.
Что тебе вздумалось – снова мне снится?
В сердце растапливать лёд…

Май отхохочет грозою до срока,
На обещания скор…
Что тебе вздумалось петь одиноко?
Мне, горемычной, в укор…

* * *
Мы им манку с утра, мы им клёцки творожные.
Мы хотели б за ручку водить их по городу.
Мы всё учим, всё учим их быть осторожными.
А они по утрам – бреют бороду.

Мы хотели б про них знать до крошечной мелочи.
И на лавках порой, рассуждая с соседками,
Называем их: олухи, неслухи, неучи,
А они меж собою нас – предками.

Мы про грабли твердим и про опыт. Старательно
Их пугая несчастьями, горем и крахами.
А они пьют в кафешках коктейль сногсшибательный
И смеются над нашими страхами.

Мы укорами им набиваем оскомину.
Всё ворчим: ни мужчины из вас, ни солдата…
А они на войну, добровольно, за Родину…
Как отцы их и деды когда-то.

* * *
Жизнь – это сладко. В саду дозревают вишни.
Хлеба горбушка в кармане. Большой кусок.
Дни напролёт – вышибалы и третий лишний
И по щекам земляники размазан сок.

Жизнь – это горько. Мальчишка, сосед по парте,
Словно нарочно, глядит на твоих подруг.
Пишешь стихи. И гадаешь по звёздной карте.
И понимаешь, что ты повзрослела вдруг.

Жизнь – это больно. Толпою грядут потери:
Наши родные уходят за Млечный Путь.
Ищешь опору в друзьях. В алкоголе. В вере.
Тонешь в пучине того, что нельзя вернуть.

Жизнь – это чудо. Под сердцем второе сердце
Бьётся. А значит, ты можешь сейчас и здесь –
Быть всемогущей. И снова вернуться в детство.
Самой земною. И чувствовать – крылья есть!

Жизнь – это долго. Лететь на волне азарта,
В переплетенье земных и небесных трасс.
Жизнь – это быстро. И нет ни вчера, ни завтра.
Есть лишь сегодня. Точнее сказать – сейчас.

* * *
Ты говоришь?
Я услышу тебя. Говори!
Спрячу рассвета жемчужную россыпь внутри.
(Каплями малыми слёзы на камень упали…)
то мы с тобою? –
У кассы вокзала толпа…
В юность билеты распроданы. Память скупа –
В прошлом, как ластиком, быстро стирает детали.

Бродим по кругу –
Забытое эхо в горах…
Отсвет любви… Пролиставшие май впопыхах…
Значит, напрасно ветра били звёздное смузи.

Быть иль не быть?
Выбор легче крыла мотылька…
Жестом прощальным от уз отмахнулась рука.
Клин журавлей растворился в сентябрьском блюзе…

* * *
Мама, ты помнишь? Наш домик. По улице с краю.
В степь от крыльца, убегая, змеится дорога.
Бабушке старой стихи с табуретки читаю …
(Ей – шестьдесят. Или, может, побольше немного).

Папа хохочет – я прячусь, закутавшись в шторе.
Мне всего три… Где мне знать, что она из капрона…
Мама, ты помнишь? Всё будто бы в розовом флёре.
Жизнь впереди, будто небо – бескрайне-бездонна.

Время летит словно камень, сорвавшийся с кручи.
Мне скоро пять… Скоро десять… Мне скоро двенадцать.
Лето. Рыбалка на речке. Что может быть лучше?
Врезано в память, как мама умела смеяться…

Запах черемухи – жгучая специя к маю.
Белым на черное… Вечная драма паденья…
Долго. Как долго в руке ком земли я сжимаю.
Холодно. Холодно… Холодно до онеменья.

В иней январь одевает сосновые лапы.
Светит луна в темноте одинокою фарой.
Мама, ты знаешь, я стала давно старше папы…
Старше тебя… И почти старше бабушки старой.

Будет весна. Так вещает нам ветер с востока.
Вдоль по оврагам подснежники выйдут гурьбою.
Мама, ты знаешь, мне так без тебя одиноко…
Я без тебя уже дольше живу, чем с тобою…

* * *
Умирает старый сад
Понемножку.
Папа крутит самосад
В козью ножку.
Папа любит посидеть
На крылечке.
Вечереет. Тишиной
Тянет с речки.
Папа любит говорить.
Про погоду,
Про улиток, что вредят
Огороду,
Про соседей, про колхоз,
Про дорогу,
Про вселенную, вождей,
Про изжогу,
Про историю страны и
Планеты…
Папа, знает у меня
Всё на свете…
За бугром лучи свои
Солнце скрыло.
– Расскажи мне про бои…
Как всё было?
Папа знает про войну.
Много знает.
Едкий дым из глаз слезу
Выжимает.
Папа ёжится плечом.
Заморочен:
– Было дело… Что еще…
Долго очень…
– Расскажи про ордена,
Про медали.
– Воевали, дочь, за вас…
Воевали…

* * *
Понять тот век – сегодня нам – не стоит и пытаться.
Мой папа там, в сорок втором, в неполных восемнадцать,
Сидит, сжимая автомат…
Пацан. Пацан еще… Солдат!
На страже Сталинграда.

Декабрь. Ночь… Вокруг него снаряды рыщут стаей.
А всё ж страшней всего глаза, где снег лежит не тая.
Он жив еще и вроде цел.
Он в мир глядит через прицел…
Он в самом центре ада.
Морозит. Грудью ледяной метель о землю бьётся.
Он в свой окоп стащил друзей… Он их сложил колодцем.
Одет в броню солдатских спин –
Один. А вроде не один…
Он Воин. Значит – надо.

Он научился убивать и материться длинно.
В бреду, во сне ли – он идёт по улицам Берлина…
Святою верой окрылён.
Мечтает о победе он.
Она его награда.

* * *
Ночь, словно пропасть, темна, длинна,
Дум мошкара роится…

Бабушка Маня сидит у окна.
Вяжет носок… На спицах
Пляшет луны остромордый блик.
Мыши скребутся в клети.
Бабушка Маня ворчит: старик
Сгинул мой в сорок третьем…

Быстро слезинку смахнет в кулак.
Звякнет в сердцах по спицам.
Был он красавец. Лихой казак.
Что-то давно не снится…
Гитлер треклятый попёр на нас,
И не конца ни краю…

(Я это слышала тысячи раз.
Я наизусть это знаю.)
Голосом дрогнет. А взгляд суров –
Мыслям печальным вторя:
Всех казаков загребли с хуторов…
Горя-то сколько… Горя…
Без вести… Вот, как пришла беда,
Нету душе покоя.
Я ж не жена, не вдова… Куда
С этой пойдёшь бедою…
Лет уже сколько… Ищи-свищи…
Всхлипнет. Махнет рукою.

(Чувствую – в печке томятся щи,
Запах – слюна рекою…)

Бабушка Маня смеётся – давно
Знамо: не тётка голод…

Я просыпаюсь… Стучится в окно
Многоголосием город.

Чувствую, как разливая свет,
Всходит росточек силы –
Из-под завала мелькнувших лет,
Где я была счастливой…

* * *
О том, что осень – мне талдычит ветер.
Взял моду: бродит по пятам за мною,
Зовёт меня в ноябрьские сети,
В лицо швыряет жухлою листвою,

На голову и плечи – белый иней,
Скрипит берёзой, флюгером стрекочет…
А то свои ладошки ледяные
За шиворот запустит и хохочет.

На семь замков я запираю двери.
(Я прятаться большая мастерица).
О том, что осень – я ему не верю.
Я не успела летом насладиться…