Журнал поэзии
«Плавучий мост»
№3(45)-2026
Мария Брегман
Стихотворения
Об авторе: Поэт, прозаик, переводчик. Родилась в Москве. Член Союза российских писателей и Русского ПЕН-центра. Лауреат Международного конкурса «Новые амазонки», дипломант Тютчевского конкурса. Рассказы вошли в лонг-лист Международной премии им. Фазиля Искандера.
* * *
Дай силы… Так прощаются навек.
Войди в меня сквозною немотою,
оставив за прозрачною стеною
все то, чем был когда-то человек.
И там, где сад кончается впотьмах,
где время остывает на ладони,
ты проступаешь в сумеречном слове,
забытых и неслышных именах.
Там почерк твой изгиб речного льда
или рисунок на стекле остывшем.
Мы говорим, а ты как будто слышишь,
как в старом кране капает вода.
Никто не запер дверь.
Сквозняк в сенях качает лампу, изучает тени.
Так переходит жизнь в иное измеренье
как сонный вздох на сомкнутых губах.
Две реки
Cтруится сквозь пальцы согретый песок,
рукою касаешься ласковой глади.
Ты смотришь на этот спокойный поток,
твоё отраженье качает во взгляде,
зовущем шагнуть…
Доверяясь судьбе,
одежду оставив,
ты входишь с молитвой
в прохладную воду… отдавшись мольбе
скользишь в эти тайны с душою открытой,
навстречу теченью…
Всю мощь разгадав
великой воды, перед властью безмерной,
ты ей подчиняешься, гордость поправ,
становишься каплей, покорной и верной
её глубине…
Но, пожалуй, не верь
застывшему глянцу.
За этой чертою
росли мы без страха, не зная потерь,
и с детства сроднились с живою водою,
с её своенравьем…
Где волжский покой
и где у Днепра закипает теченье –
мы выросли рядом с великой рекой,
впитав, словно воздух, простое ученье,
знакомое с детства:
в Илью никогда
не входят в волну –
остывают истоки.
Мы знали, когда благосклонна вода,
и помнили, как её бездны жестоки.
Смыкается небо…
и вдруг изнутри –
ты видишь, как ветер ломает пространство.
Гроза проступает сквозь толщу, смотри:
срывает стихия своё постоянство
сменяясь безумьем…
И тучи на дне
вздымаются грозно.
И в бешеном гуле
предания предков звучат в глубине,
где молнии в чёрной воде потонули,
сверкая во мраке…
Ты выйдешь со дна,
накинув одежды на влажные плечи…
Но в теле останется эта волна –
от тайной, пугающей, гибельной встречи.
* * *
Люби меня, пока созвездья
не спрятал в небе Божий день,
пока грозы десятки лезвий
ночную искажают тень.
Люби, покуда сердце бьётся,
пока торнадо рвёт поля,
пока душа моя несётся
и мною движется земля.
Люби, пока я здесь, с тобою,
пока не стала сном степным,
пока не слилась с тишиною
и небом пасмурным иным.
* * *
Она ускользает. Смычок наугад
срезает углы у затерянных залов,
и звуки, как легкие птицы, летят
поверх отражений и тусклых овалов,
зеркал, лабиринтов. Легко ей сквозить
меж пауз и выдохов, мимо оркестра,
вплетая в безумную музыку нить
высокого, чистого, птичьего жеста.
Руки полукружье… ловлю на лету
её очертанье, сквозящую прядь и –
но время уходит. За ней, за черту
уносится в этом сияющем платье.
Взлетая из зала, подавшись вперед,
кружится, вбирая летящие тени,
и самое время замедлило ход,
упав пред безумством её на колени.
А вальс продолжается. Выше и вдоль
косых траекторий, над вымерзшим садом,
она пролетает, забыв про всю боль,
ведомая самым пронзительным взглядом.
Который прощает и держит. Ладонь
встречает ладонь… В оглушительном беге
вскипает под кожей бурлящий огонь,
зажжённый от чистой, космической неги.
И время сдаётся. Смыкается высь
над этой безумно сияющей парой.
Они над растерянным миром взвились,
захвачены вихрями музыки старой
и вечно живой. Посмотри: до колен
ей звёзды касаются, падая ниц, –
вся бездна сдаётся в мучительный плен,
не зная условных и тесных границ.
Всё стало единым аккордом. Она
сама эта музыка, свет и дыханье.
Она безоглядно сейчас влюблена,
и вечность спускается к ним на венчанье.
Ответ на стихотворение Дмитрия Бобышева
Я словом оперюсь, как лес листвою,
я в стеблях букв забуду свой черед, –
так в мертвом сухостое водоход,
забыв себя, становится водою.
И что тогда дыханье или плоть?
И чей во мне узнают почерк странный?
Я сам себя сожгу в живой тетради,
я пеплом стану в череде забот.
И в час, когда разбудит дальний гром
и тишина над родником повиснет,
я попрошу:
«Не требуй прежних истин,
не слог я – выдыханье между строк».